Страстная теленеделя

У нас свобода совести, а значит, можно без неё обойтись?

Всё, что происходило в эфире на Страстной неделе в нашем зрительском сознании, волей неволей, обогащалось евангельскими ассоциациями.

Самым популярным каналом стал «Россия 24». В режиме онлайн он всю неделю сообщал горячие новости, с большим опозданием включившись в информационную битву за Украину. Ассоциации поистине евангельские: самозваный Киевский синедрион принял постановление об избиении восставших детей Донбасса и атаковал их танками и авиацией. Но безоружные селяне пленили танковую колонну, накормили солдат, и те перешли на сторону народа. Чем страшно оскорбили пастора Турчинова и всех, кто поклоняется мамоне, Хаббарду и Бандере. Легионеры под командованием Крысобоя Парубия схватили кандидата в президенты Олега Царёва, раздели донага, били и чуть было не распяли на евромайдане. И, конечно, распяли бы, если бы американский прокуратор Джеффри Пайетт умыл руки.

В Иудин день ростовщик Шейлок Коломойский предложил 10 тысяч сребреников за голову любого офицера, изобличённого в русскости и вежливости, и нанял для этого три сотни американских головорезов, а в Москве построилась десятитысячная пятая колонна во главе с Новодворской, зачитавшей манифест «Быть иль не быть» и присягнувшей на мове пану Ярошу…

А что же в неполитическом эфире?

Избиение младенцев

В Страстную пятницу Первый канал показал очередной выпуск детского «Голоса». И в этом была какая-то невообразимая бестактность. Ведущий – он старался походить на ангела-хранителя, но куда денешься от наработанного образа пошляка-искусителя – как будто вкрадчиво шептал: «Ты – на Первом, детка, ты попала, это – шоу-бизнес, здесь всё по-взрослому!» Дети в шоу подражают ужимкам взрослых, поют не «Солнечный круг, небо вокруг», и вообще не детские песни, да ещё на языке наших «заклятых партнёров». Я бы в качестве ответа на санкции, которыми грозят России, запретил не только вредные Макдоналдс, кока- и пепси-колу, но и строжайше – оте­чественным каналам – калькировать западные шоу.

В политических программах Первый канал вроде стоит стеной за русские «ценности и скрепы», а в развлекательных – исподтишка их упорно разрушает.

Вопрос, поставленный Станиславом Говорухиным во время выборов президента: «Когда телевидение прекратит калечить души наших детей?», – всё ещё ждёт ответа.

При мадонне

Мы уже привыкли: умирает эстрадная знаменитость – и тотчас делается сериал о её жизни, любовях, мужьях. Если родственники покойной в силе, то Толкунову назовут Толкачёвой, а Зыкиной в сериале даже фамилию для приличия не изменили – некому заступиться за память великой певицы. Но чтобы биографический сериал делали при жизни?

Страстная теленеделя была посвящена житию «женщины, которая поёт». Ею восхищались все. Коллеги, мужья, друзья, внуки, простые женщины из Грязи, где примадонне муж (дай бог, не последний) построил жилой мемориальный комплекс.

Она предстала в многочисленных, посвящённых 65-летию передачах великой, гениальной, практически святой, мадонной, на которую надо молиться. Показывали её непорочно зачатых детей. Друзья перепевали её песни, очень старались, делали их один в один и точь-в-точь, но того эффекта, что был во времена, когда примадонна ещё не стала эталоном вкуса и пела их сама, не было… Смотрелось всё это почти так же странно, как недавно показанный юбилей «мужчины, который шутит». Зал хохотал вместе с юбиляром, но чувство неловкости не оставляло. То, что стреляло во времена распада СССР, сейчас, когда Крым вернулся в Россию, а Одесса – просится, уже как-то не смешно.

Юстас Алексу

Смешным оказался главный подарок, поднесённый на Пасху примадонне Первым каналом, – сериал, снятый её вторым официальным мужем, – «Кураж». Если бы там не звучали песни из репертуара АБП, то и бог бы с ним, мало ли было скверного мыла про то, как бывалые имиджмейкеры зажигают звёзды.

Но этот во всех отношениях дешёвый сериал снят, как, кстати, и детский «Голос», «Красным квадратом», компанией, родственной Первому каналу (на днях супруга Константина Эрнста Лариса Синельщикова продала 51% акций «Квадрата»).

И демонстрируется он в прайм-тайм, и предстало в сериале самое благополучное время советской эпохи, и узнаваемы многие знаменитые люди, так что придётся откликнуться. Тем более что в этом сериале сконцентрированы все главные принципы телесложения Первого и многих других каналов.

Во главе угла, конечно, рейтинг. А чем он достигается со стопудовой гарантией?

Прежде всего — звездой в постели.

И постель была.

Звезды не было. Конечно, Галла (Александра Волкова) – не Алла. Если вспоминать театральные амплуа, Алла Борисовна смолоду была героиней. Женственной, манкой, страстной, неуёмной (Аглая Шиловская, играющая коварную журналистку Вику, стáтью гораздо ближе к примадонне), но Стефанович выбрал для главной роли субретку. Во французских комедиях – это амплуа задорных, бедовых служанок при главной героине. В сериале служанка играет госпожу, котёнок – львицу. И какой-то пошлый балабол (Алекс) учит её петь, жить, любить, строить творческую судьбу. Но постель есть.

И есть знаковые, знакомые всем лица (звёзды) эпохи, а также криминал и КГБ. Сергей Михалков, с которым Алекс регулярно выпивает в шикарных ресторанах, поскольку снял кинокомедию по его пьесе; всесильный председатель Гостелерадио Сергей Лапин – ему Алекс запросто рассказывает анекдоты про Брежнева, а потом в присутствии Галлы они на пару декламируют стихи запрещённого Гумилёва; директор «Мосфильма» Сизов, которому Алекс врёт про инвалида-композитора Горбоноса, а тот почему-то верит; Михаил Боярский, уже безумно по­пулярный после «Собаки на сене», увидев, что машина Алекса нуждается в ремонте, тотчас услужливо забирается под капот. А ещё в эпизодах – режиссёр Сергей Бондарчук и генерал КГБ Филипп Бобков, композитор Зацепин и министр культуры Дементьев, София Ротару и… Тайванчик. Его играет молодой актёр, а рядом с ним в кадре сидит сегодняшний Алимжан Тохтахунов! Подозрительно обширные связи у Алекса: от членов ЦК КПСС до криминальных авторитетов, какой-то он суперагент, и кличка соответствующая. Когда Алекс говорит, что подруга Галлы, чиновница из Министерства культуры, пишет на него доносы в КГБ, то тут задумаешься – кто на кого?

Следующий принцип телесложения Первого – непременная антисоветчина.

Конечно, звезду душил тоталитарный режим! Но как? Галла, выступая в Министерстве обороны перед иностранными военными, поздравляет их с праздником. Генерал в бешенстве: «Тебя пригласили петь и обслуживать, так обслуживай!» Подруга выговаривает: «Кто тебе разрешил произносить со сцены незалитованный текст? В нашей стране ни одно слово, ни одна нота, ни одна запятая не могут быть обнародованы без разрешения». Поздравление мужчин с праздником надо было литовать? Бред. Далее. На выездной комиссии ветеран партии задаёт Галле простой вопрос: «Какие оперы написал Бетховен?» Вместо того чтобы ответить: «Одну – «Фиделио», Галла вдруг хамит старому человеку. Почему? И зачем в этом сериале столько анекдотов с антисоветской бородой? Притом что живут персонажи не хуже, чем нынешний креативный класс – бессмысленно и беззаботно. И, конечно, ругают власть. Пользуясь всеми привилегиями, которые даёт близость к ней.

Осталось загадкой, почему при Лапине рождались великолепные певицы: Ротару, Сенчина, Толкунова, Пугачёва, а теперь – только «Фабрики звёзд», претенциозные «Рождественские встречи», да спекулятивные суррогаты вроде «Куража» на Пасху.

Смотрите также: Новости Новороссии.